Пилоидная астроцитома, операция, паралич - молодому человеку нужна реабилитация
Ваше пожертвование поможет многим людям сделать первые уверенные шаги после травмы
— У меня ничего не болело… Были бы боли, я быстрее бы среагировал. Не бежать же, в самом деле, к врачам, когда просто онемел палец? Был уверен — ничего страшного. Хронических заболеваний не было. А теперь вот работают только руки, — говорит Максим.
Максиму рано пришлось повзрослеть. Ему было всего 11 лет, когда у мамы обнаружили рак. Спустя три года ее не стало. Ей было 44 года. Она учила игре на фортепиано детей в музыкальной школе, сама тянула двоих сыновей и мужа, который из-за пристрастия к алкоголю «ни на одной работе не приживался». После ее ухода главой семьи фактически стал старший брат Максима, 19-летний Дмитрий. Он бросил техникум и пошел работать. На его 17 тысяч они втроем и жили. Дмитрий «покупал продукты, которые мог позволить». Голодать не приходилось, но жили очень скромно.
— Пока мама была жива, она пыталась из меня человека сделать. Репетиторов нанимала, чтобы подтянуть по отдельным предметам. Мечтала, чтобы я окончил 11 классов, поступил в вуз. После ее смерти я был предоставлен сам себе. Стресс, растерянность… Я не знал, как жить дальше, что делать. В плохие компании не попадал, ничего плохого не делал, но учился слабо, после девятого класса пошел в колледж на повара. Я видел, как тяжело приходится брату. Хотел сам себя обеспечивать, — рассказывает Максим.
Вскоре он устроился в ресторан. Работал по 12–15 часов в сутки почти без выходных. Домой приходил уставшим. «На хобби особо времени не было». Иногда после работы смотрел фильмы или читал фантастику, погружаясь в совершенно другой мир, далекий от реальности.
Онемение большого пальца на левой ноге Максим поначалу списал на усталость. Рассказал о проблеме двоюродной сестре, та посоветовала купить более удобную обувь. Максим так и сделал, только это не помогло. Обратился в поликлинику, не думая при этом, что там найдут что-то серьезное. Хождение по врачам и ожидание обследований заняло не один месяц. В спинном мозге, на уровне грудных позвонков, у него обнаружили новообразование. Со снимками направили в центр нейрохирургии академика Бурденко.
— На приеме мне сразу описали опухоль. Сказали, что она может расти, а может и нет. Обычно такие опухоли давят на нервные корешки, вызывая дикую боль, и люди сразу прибегают ее удалять. А у меня-то боли не было! Мне предложили подождать и наблюдать за симптомами. Врач объяснил, что операция опасная. Расклад 50 на 50, что после нее нижняя часть тела будет парализована.
Первые два года он был уверен, что опухоль не растет, все в порядке. Но со временем стала «провисать» ступня, меняться походка. Максим запинался на ровном месте.
— Как-то мы с братом меняли пол на даче родителей. Я встал двумя ногами на брусья шириной в десять сантиметров и не смог удержать равновесие. Брат тогда назвал меня неуклюжим. Я даже обиделся немного, — вспоминает Максим.
В ноябре прошлого года он, как обычно, пришел на работу. Спустя восемь часов «левая нога обессилела настолько, что упал на пол и сломал малую берцовую кость». Полтора месяца Максим скакал на одной ноге, опираясь на костыли, пока ему не разрешили наступать на ногу. В тот момент он «понял, что с удалением опухоли тянуть нельзя».
Его прооперировали в июне этого года. Максим проснулся от наркоза и понял, что нижняя часть тела парализована — «результат вторжения в спинной мозг», как и предупреждали врачи. Когда стали колоть булавкой, проверяя чувствительность, смог пошевелить правой ступней, это обнадеживало. Биопсия показала, что у Максима пилоидная астроцитома — опухоль низкой степени злокачественности. Поэтому назначать химиотерапию врачи пока не стали. Рекомендовали ежедневно заниматься ЛФК, чтобы восстановиться.
— Я нафантазировал, что смогу вылечиться по ОМС, нужны деньги только на время нетрудоспособности, но моих накоплений в 400 тысяч хватило только на две недели оплаты сиделки в больнице и 12 дней в платном реабилитационном центре. По ОМС пройти реабилитацию не удалось. Мне предложили ждать ее минимум месяц, но при этом нужно было делать массаж и ЛФК, чтобы избежать тромбоза. А как заниматься без специалистов? — рассказывает Максим.
После того как закончились собственные средства, брат оплатил ему еще пять недель реабилитации в центре «Преодоление». Для этого Дмитрию пришлось взять кредит почти на миллион рублей.
Сейчас Максим передвигается на коляске. Есть движение в стопе, шевелятся пальцы, может согнуть и разогнуть ноги в коленях, но остается сильная спастика. «Когда принимаю душ, напор струи чувствую, а холодная или горячая вода льется, определить ногами не могу».
— Врачи говорят: не останавливайся, первые полгода — самые важные. Вот и стараюсь, как могу. Дома после операции еще не был. Хочу максимально восстановиться, чтобы сильно не напрягать родных. Мы так и живем в квартире родителей вместе с братом. У него жена, двое детей. У меня семьи нет. Не сложилось пока… — говорит Максим.
Помогите, пожалуйста, ему восстановиться.
Наши подопечные благодарны за любое разовое пожертвование. Однако, если вы будете поддерживать фонд на регулярной основе, это позволит нам оперативно оказывать помощь, не дожидаясь пока будет собрана необходимая сумма.
Чтобы оформить регулярное списание, выберите в форме комфортную для себя сумму и выставите движок вправо в позицию «Ежемесячно». Вы сможете изменить или остановить списания в любой момент.
