Молодой врач-эндоскопист лечил детей и взрослых в Москве, а теперь помощь нужна ему самому
— После того как мне сообщили о диагнозе, я был растерян и сильно напуган. Не мог поверить, что у меня — рак. Не знал, как сообщить родителям. Внутри был полный диссонанс от того, что я сам врач, многое знаю о болезни и о том, что бывают разные исходы. Много лет работал с такими пациентами — детьми и взрослыми, но не думал, что однажды это может произойти со мной… — говорит Эмиль.
Эмиль родился и вырос в Москве, в простой семье. Папа много лет работал слесарем на заводе, потом таксовал. Мама была поваром. О будущей профессии Эмиль задумался рано, еще подростком. В его классе учился мальчик с тяжелым заболеванием. Эмиль очень ему сочувствовал и решил, что обязательно станет врачом. Хотел помогать людям, лечить их. В подростковом возрасте он впервые взял в руки медицинскую энциклопедию, а сразу после окончания школы поступил в медуниверситет имени Н.И. Пирогова на педиатрический факультет. Шесть лет учебы в вузе, год интернатуры на базе Морозовской детской больницы, потом еще два года ординатуры по специальности «гастроэнтерология».
Эмиль работал врачом-педиатром экстренной службы, гастроэнтерологом, эндоскопистом… Несколько лет практически «жил» в больницах. Домой приходил отдохнуть, поспать, чтобы потом снова заступить на смену. Его пациентами были дети и взрослые с острыми инфекционными заболеваниями, различными патологиями дыхательной системы, тяжелыми аллергическими реакциями. Он так увлеченно рассказывал родным истории с дежурств, что младший брат Рамиль тоже пошел в медицину.
Полтора года назад на фоне полного здоровья, перед сном, у Эмиля вдруг появились простреливающие и пульсирующие боли в пояснице, в области крестца. Он выпил обезболивающие, спазмолитики, миорелаксанты — не помогло. Боль была такой сильной, изматывающей, что молодой мужчина не мог ходить, стоять, сидеть. Пришлось вызывать скорую. Фельдшер сделал укол и со словами «это спазм или защемление нерва — пройдет!» уехал. А боль только усиливалась… Эмилю ничего не оставалось, как самому обратиться в скоропомощной стационар.
После осмотра нейрохирурга ему назначили анализы и МРТ поясничного отдела. Уровень тромбоцитов в крови был значительно снижен, остальные показатели были в норме. Томография показала стресс-перелом третьего крестцового позвонка, отек и воспаление окружающих тканей. Для дальнейшего обследования Эмиля направили в отделение нейрохирургии. Сделали МРТ грудного отдела и крестцово-подвздошных соединений. Обнаружили очаги остеонекроза. Консилиум врачей решил, что такие изменения в костях в молодом возрасте указывают на лимфому или лейкоз. Пункция костного мозга разрешила сомнения. В клиническом научном центре имени А.С. Логинова, где он сам на тот момент работал, Эмилю озвучили диагноз «острый лимфобластный лейкоз». Случай был нетипичный. По словам коллег, болезнь стартовала с поражения костей, а это бывает крайне редко, особенно у взрослых.
Из доктора, к которому приходят за помощью, Эмиль на долгие месяцы сам превратился в пациента. Назначенный ему протокол химиотерапии длился 190 дней. Одни препараты он переносил хорошо, от других сильно тошнило, менялись запахи и вкусы. От высокодозной «химии» выпали волосы. Аппетита не было вообще, держалась высокая температура, была рвота.
— Выйти в ремиссию удавалось лишь на короткий срок, а потом снова случались рецидивы. Для меня и моей семьи это стало серьезным эмоциональным потрясением. Болезнь не удавалось остановить. Она как будто бросала все новые вызовы моим коллегам-врачам, заставляла искать альтернативные решения, подбирать лекарственные препараты, — говорит Эмиль.
Летом прошлого года Эмилю предложили сделать трансплантацию костного мозга. Донора искали долго в зарубежном регистре. Когда стволовые клетки были собраны, неожиданно возникли препятствия, из-за которых отправку в Москву пришлось отложить. Эмиль был в отчаянии. От своевременного лечения зависела его жизнь. В итоге пересадку стволовых клеток (введение их через капельницу) ему делали в момент очередного рецидива, что было нежелательно. Запахи и вкусы снова стали меняться, как во время химиотерапии. Во рту была постоянная горечь. Воспалялись слизистые полости рта. Все это Эмилю приходилось терпеть в надежде на то, что терапия наконец окажется успешной. На ближайшие четыре месяца болезнь как будто отступила, а потом стала прогрессировать с новой силой.
Поскольку заболевание протекает в крайне агрессивной форме, перепробованы все варианты лечения, но сдерживать опухолевый процесс все же не удается, врачи-гематологи предложили Эмилю новую инновационную методику — CAR-T-клеточную терапию. Суть в том, что в лечении онкологии используют генетически модифицированные T-лимфоциты самого пациента. У человека берут кровь, при помощи специального оборудования выделяют T-лимфоциты, внедряют в них ген, который «программирует» клетку на распознавание и уничтожение опухоли. Далее полученные клетки размножают и внутривенно возвращают пациенту. У 80–90 % больных терапия вызывает ответ организма. Половина из них входит в длительную ремиссию.
— Что мне придает сил в этот тяжелый для меня период? Вера в то, что благодаря возможностям современной медицины есть шанс на выздоровление. Есть примеры пациентов, победивших болезнь. Для меня бесценна помощь профессиональных врачей-коллег, талантливых специалистов, поддержка родных, близких и друзей. Я мечтаю выздороветь, создать семью, вернуться в профессию. На работе меня ждут и коллеги, и пациенты, которые всегда относились ко мне с теплом и уважением, — говорит Эмиль.
CAR-T-терапия включена в программу обязательного медицинского страхования в России, но это очень дорогой метод лечения рака, и массового доступа к этой технологии, к сожалению, пока нет. Кроме того, в нашей стране терапия выполняется на мишени CD19 (это специфические белки — антигены на поверхности раковых клеток, которые позволяют иммунным клеткам T-лимфоцитам распознавать и уничтожать опухоль). Но таких маркеров у Эмиля после таргетной терапии не стало. Поэтому местом дальнейшего лечения выбран Китай. «Там возможности применения разных мишеней намного шире». Стоимость лечения огромная — около 20 миллионов рублей. Наш фонд присоединяется к сбору средств.
Помогите, пожалуйста, Эмилю! Эта терапия — его шанс жить!
Наши подопечные благодарны за любое разовое пожертвование. Однако, если вы будете поддерживать фонд на регулярной основе, это позволит нам оперативно оказывать помощь, не дожидаясь пока будет собрана необходимая сумма.
Чтобы оформить регулярное списание, выберите в форме комфортную для себя сумму и выставите движок вправо в позицию «Ежемесячно». Вы сможете изменить или остановить списания в любой момент.
