Утробин Алексей: Знали, что клещ энцефалитный, но лечить от энцефалита отказывались
Важно быть вместе
Собрано за апрель
11 308 959 ₽
Главная>Помощь взрослым и детям в реабилитации после травм в 2020 году>Знали, что клещ энцефалитный, но лечить от энцефалита отказывались

Утробин Алексей. Знали, что клещ энцефалитный, но лечить от энцефалита отказывались

Алексею нужен курс реабилитации, чтобы научиться дышать самостоятельно, глотать, укрепить мышцы спины и шеи.

Утробин Алексей
8 лет, Пермский край, Кочевский район, с. Пелым
собрано 74%
Собрано 49 446 907 ₽
Нужно 66 388 404 ₽
Данный сбор проходит в рамках программы «Помощь взрослым и детям в реабилитации после травм в 2020 году».
Если средств будет собрано больше, они пойдут на помощь другим подопечным этой программы.
Сбор завершен
Диагноз
Последствия клещевого вирусного энцефалита (заболевание, разрушающее клетки головного мозга) очаговой формы, тяжелой степени. Скованность правой половины тела, мышечная слабость левой. Нарушение речи и глотания (бульбарный синдром). Состояние ограниченного сознания.
На что пойдут деньги
Курс реабилитации в центре «Три сестры».
Прогноз
Алеша сможет дышать самостоятельно, глотать, укрепит мышцы спины и шеи.
Почему не ОМС
Курс реабилитации платный.
Нужно
526 050 ₽
Обновлено
10 сентября 2020г.

Алексей проходил реабилитацию в РЦ «Три сестры». Благодаря курсу реабилитации Алексей правильно позиционирован , улучшились вегетативные показатели при этапной вертикализации (30 минут). Алексей может дышать через естественные дыхательные пути с применением голосового клапана в течение 4-5 часов, улучшилось понимание обращенной речи. Мальчик научился поворачивать голову на источник звука, фиксировать взгляд , принимать воду и сок. А также появились эмоции, если ему что-то нравится — улыбается, если не нравится — плачет.

«То, что случилось с моим сыном, – следствие серии врачебных ошибок. После инициированных прокуратурой проверок нарушений нашли на 24 листа. Мне говорили: “Надо судиться с больницей”. Но у меня нет сил. Все, чего я хочу, – чтобы мой сын поскорее восстановился. Он с рождения был очень активным. Не мог усидеть на месте. Ему бы попрыгать, побегать. Настоящий мальчишка! Отзывчивый, добрый, любознательный. Говорил на двух языках: нашем, коми-пермяцком, и русском. К 7 годам умел читать, писать, считать до 20. Ему нравились энциклопедии. Он ходил в музыкальную школу – на хоровое пение. И мечтал пойти в обычную, общеобразовательную, в 1-й класс! Всего год назад. А сейчас не говорит, не ходит, дышит с помощью специальной трубки – трахеостомы», – рассказывая, Галя не может сдержать слез.

Она в деталях помнит все, что произошло в их семье ровно год назад, 30 мая. Они ночевали в доме у ее родителей в селе Пелым. В 7 утра она стала будить сына Алешу, чтобы отвести его в детский сад. Откинула одеяло и заметила на груди черный бугорок. «Что это такое?» – удивилась она. «Клещ!» – сказал подошедший к дивану отец.

«Вы не представляете, какая у меня паника началась! Я же знала, что клещи очень опасны! Но откуда клещ мог взяться в доме?! Я накануне вечером сама купала сына в бане. Никаких клещей на нем не было! В ту ночь Леша спал на диване с папой и котом. Возможно, кот и принес клеща. Конечно, в то утро ни в какой садик мы с Лешей не пошли. Вызвали скорую. Они клеща вытащили. Папа отвез его в лабораторию. Леше сделали укол иммуноглобулина, выписали противовирусный препарат. Сказали: “Следите, измеряйте температуру”. Когда на следующий день из лаборатории пришел ответ, что клещ инфицирован энцефалитом, я была в ужасе», – рассказывает Галина.

От одной мысли, что клещ мог заразить сына, у Галины все внутри холодело. Но первые дни Леша вел себя как ни в чем не бывало: бегал, играл, веселился. И, конечно, принимал все необходимые препараты. Ни одного намека на болезнь у него не было: ни температуры, ни слабости. Он с нетерпением ждал выпускного в детском саду, готовился. «Мам, сейчас я буду три месяца отдыхать, а потом – в школу, да? Вместе? Ты же будешь там работать?» – нетерпеливо спрашивал Леша. «Конечно! Буду учить детей математике. Как до рождения нашей Анечки», – отвечала Галина.

В воскресенье, 9 июня, через день после выпускного в саду, она заметила, что сын стал вялым, грустным. Измерила температуру – 37,5. Ни секунды не раздумывая, Галина повезла сына в районную больницу. «У вас ОРВИ. Видите, горло у ребенка красное», – неожиданно заключила педиатр. Беспокойства Галины по поводу возможного клещевого энцефалита она не разделяла совсем. «Ничего страшного, поезжайте домой. Если температура будет подниматься – обращайтесь». Никаких дополнительных обследований проведено не было.

Не успели Галина с сыном вернуться из районной больницы, как Леше стало хуже. Температура поползла к отметке 39. Галина побежала за помощью к сельскому фельдшеру. Получила направление в райцентр в надежде, что оттуда их с сыном направят наконец в инфекционное отделение городской больницы Кудымкара. Но та же врач-педиатр, которая накануне поставила ребенку диагноз ОРВИ, сказала: «Признаков клещевого энцефалита, кроме температуры, у мальчика не видно. Оснований отправлять вас в Кудымкар у меня нет».

«Нас оставили на ночь в районной больнице в Кочево. Я умоляла врачей отправить нас поскорее в город, в инфекционку. Мне говорили: “Мамочка, что вы истерите?”. В общем, мы сами поехали в Кудымкар искать инфекциониста. Леша уже с трудом мог идти. Я списывала это на слабость, температуру. О худшем боялась думать. Вечером в больнице Леша стал отказываться от еды. А ночью вдруг попросил поесть. Я обрадовалась. Поставила тарелку с едой, положила хлеб. Он хотел его взять и не смог. Кулачок не сжимался. Левая рука перестала слушаться», – вспоминает Галина. «Отказывают конечности? Плохой знак, – сказали тогда врачи. – Вам нужно срочно в краевую больницу, в Пермь!».

Но срочно уехать в Пермь не получилось. Машину скорой смогли выделить только к вечеру 11 июня. До краевой больницы добирались больше двух часов. Жара в тот день была невыносимой. 12 июня был праздник. В краевой больнице оставались только дежурные врачи. Брать анализы, обследовать Алешу было просто некому. Он метался на больничной койке: «Мама, мамочка, у меня сильно болит голова!». Галина умоляла дежурных врачей сделать что-нибудь.

Только благодаря знакомым ей удалось добиться того, чтобы в больнице все-таки появился невролог и осмотрел ребенка. Леша в тот момент уже был на грани потери сознания, не мог держать голову. Его тут же перевели в реанимацию. В спинномозговой жидкости – ликворе – у него обнаружили инфекцию.

«Алеша долго был в коме. Не приходил в сознание. Мы с мужем приходили в реанимацию каждый день. Только на ночь нам не разрешали оставаться. Врачи говорили: "Мы не знаем, выживет ребенок или нет. Шансов 50 на 50". За несколько дней до того, как сына перевели в неврологию, ему поставили трахеостому – специальную трубку, через которую он мог дышать. До этого он все время был на ИВЛ. Питание шло через зонд. Леша был в таком истощенном, спящем состоянии. Он ненадолго открывал глаза и закрывал их снова. Было страшно на это смотреть. Еще 2 месяца мы провели с ребенком в паллиативном отделении. Ему делали массаж, разные процедуры. У него появилась фиксация взгляда, подергивания рук и ног. А я научилась ухаживать за ним», – говорит Галина.

Домой они с сыном вернулись только в декабре. Галина понимала, что Леше нужна реабилитация, только в их селе, кроме массажиста, специалистов не было. А в краевом центре таких тяжелых, как Леша, – с трахеостомой и гастростомой (трубка, через которую пища попадает в желудок) – не брали. Платный курс реабилитации в подмосковном центре, куда согласились взять мальчика, стоил неподъемную для Галины сумму. Она почти отчаялась. Но неожиданно на помощь пришли пермяки, узнавшие историю Леши. Они собрали деньги даже не на один – на три месяца реабилитации.

«Знаете, как у нас было? Работаем, работаем – вроде не происходит ничего, а потом внезапно что-то меняется. Небо у Леши стало контактным, рабочим. Слюни во рту исчезли. Алеша научился их сглатывать. Натренировали ему мышцы глаз. Теперь сын может смотреть и в правую, и в левую сторону, наблюдает за происходящим. Взгляд намного дольше фиксирует. На музыку реагирует хорошо. У него есть положительные эмоции. Улыбаться начал. Может несколько секунд удерживать спину в положении сидя и час дышать самостоятельно – с заглушкой трахеостомы. Специалисты говорят, что снятие трахеостомы будет огромным шагом вперед. Этого мы и хотим добиться в ближайшее время. И еще улучшить глотание, укрепить спину и шею. Главное не останавливаться! Заниматься!», – говорит Галина.

Помогите Алеше! Пусть он поскорее поправится и пойдет в школу, как мечтал.

Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям, нуждающимся в восстановлении нарушенных или утраченных функций после операций, травм, ДТП, несчастных случаев, инсультов и других заболеваний, пройти реабилитацию. Вы можете помочь не только разово, но и подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Наши подопечные благодарны за любое разовое пожертвование. Однако, если вы будете поддерживать фонд на регулярной основе, это позволит нам оперативно оказывать помощь, не дожидаясь пока будет собрана необходимая сумма.

Чтобы оформить регулярное списание, выберите в форме комфортную для себя сумму и выставите движок вправо в позицию «Ежемесячно». Вы сможете изменить или остановить списания в любой момент.

Помочь всем подопечным ("Фонд срочной помощи")

Если возникли проблемы с платежом, пишите на почту: support@fondpravmir.ru
или в WhatsApp

Вы помогли

Помогли

Аноним
1 000 ₽
11 февраля, 10:34
Аноним
1 000 ₽
11 января, 10:34
Наталья
1 000 ₽
22 декабря, 20:37
Аноним - А032
130 ₽
25 ноября, 16:28
Аноним
250 ₽
15 ноября, 15:20
Аноним
2 500 ₽
14 ноября, 12:01
Аноним
1 000 ₽
14 ноября, 12:01
Аноним
500 ₽
14 ноября, 12:01
Аноним
500 ₽
13 ноября, 13:29
Аноним
500 ₽
13 ноября, 13:29
Аноним
500 ₽
11 ноября, 12:00
Аноним
500 ₽
11 ноября, 12:00