Она не могла говорить, есть, дышать, но рядом были мама, друзья, коллеги
Ваше пожертвование поможет многим людям сделать первые уверенные шаги после травмы
Свой очередной день рождения, тридцатилетие, Вита отметила в реабилитационном центре. На коляске. Друзья принесли ей гитару, но играть на ней, как раньше, Вита не могла — не слушались руки. Ей делали комплименты, передавали многочисленные приветы и пожелания здоровья. В школе, где девушка до болезни была административным директором, коллеги собрали часть средств на ее лечение. Виту переполняли эмоции, но она не могла даже улыбнуться — не работали мимические мышцы лица. Ей очень хотелось поскорее встать на ноги, вернуться домой, на работу, всех обнять, но приходилось терпеть неврологическую боль и настраиваться на долгую борьбу за свое здоровье.
Заболела Вита неожиданно, в конце марта. Слабость, субфебрильная температура… Ей казалось, ничего серьезного. Недомогание списала на усталость в конце учебного модуля перед весенними каникулами. Как планировала, провела день открытых дверей в школе. На занятие в театральную студию в тот день не пошла, решила отлежаться. Вечером дома случайно ударилась о дверь. Со стороны все выглядело так, будто не заметила препятствие на пути. Утром проснулась с головной болью. Почувствовала, что распирает лобную часть и онемела бровь. Но брать больничный «из-за такого пустяка» не стала.
— Вита по жизни очень ответственный человек. Постоянно совершает невозможное со словами «а есть другой выбор?!» Однажды у нас затопило школу. Узнали об этом ночью в воскресенье. Виту выдернули со свидания, и она в красивом платье вместе с завхозами и сочувствующими спасала что можно. А в девять утра при полном параде снова была на работе с планом дальнейших действий и успокаивала родителей, — рассказывает подруга и коллега Виты Анна.
Вита вела совещание, когда почувствовала, что не может шевелить бровями. «Как думаешь, от ушиба о дверь может онеметь верхняя часть лица?!» — спросила она Анну. И тут же по ее совету записалась к травматологу. Но ни он, ни невролог ничего определенного не сказали. Предложили сделать томографию. КТ и МРТ ситуацию не прояснили. Врачи решили, что у Виты просто сотрясение мозга, раз есть головная боль и головокружение. Но «ничего страшного, само пройдет».
Между тем у Виты немели губы, язык, горло, опустились веки. «Все лицо будто застыло». Она не могла говорить, есть, пила воду через трубочку.
Следующие десять дней разные врачи ставили разные диагнозы и предлагали каждый свою тактику лечения. Один из специалистов поставил Вите капельницу с магнием, сказал — нервы, и посоветовал «просто успокоиться». От такого неожиданного «диагноза» Вите стало не по себе. Она «чувствовала себя чуть ли не симулянткой, при этом мышцы лица по-прежнему не двигались».
По рекомендации московского невролога девушка сделала электронейромиографию. Выяснилось, что у нее разрушается миелиновая оболочка лицевых нервов, это и привело к параличу мышц. Ей поставили диагноз — синдром Гийена-Барре. Причиной стала инфекция, но вирусная или бактериальная — установить не удалось. Но после нее иммунитет стал атаковать нервную систему. Виту могло полностью парализовать, вплоть до остановки дыхания.
— Как только с Витой случилась беда, родственники, друзья, коллеги, родители учеников объединились в общем чате поддержки. Нашли контакты хороших врачей, достали ходунки. По очереди дежурили в палате, читали с ней по вечерам учебник по неврологии. Приносили в больницу цветы, любимую еду, — рассказывает Анна.
Состояние Виты ухудшалось: появилось ощущение, что «руки кто-то отсидел», ноги подкашивались, дышать было тяжело, «как будто лень». Было очевидно, что болезнь быстро прогрессирует, и от этого становилось страшно. Еще совсем недавно Вита была полна сил, энергии, строила планы на будущее и вдруг «в один момент перестала распоряжаться своим телом». Несколько дней она «ходила по стеночке, а потом оказалась в инвалидном кресле». «Мозг не мог это осознать и отрицал происходящее». Каждую ночь Вите снилось, что она куда-то бежит… Просыпалась в слезах, понимая, что это только сон.
До болезни она всегда была в движении. Выучилась играть на флейте в музыкальной школе. Окончила с золотой медалью школу. Получила диплом детского психолога, прошла переподготовку по педагогике. В студенческие годы освоила гитару, чтобы с однокурсниками петь песни на природе, у костра. Интересовалась антропологией, фольклором разных народов. Работала вожатой, а потом и директором в летних лагерях для детей с аутизмом и из детских домов, помогала неблагополучным семьям.
— Я раскрашивала с детьми, стоящими на учете в полиции, стены школьной столовой. Старалась переключить их на позитив. Это же счастье — видеть, как парень, еще недавно систематически срывавший уроки, меняется и делает крутой диджей-сет… Я на практике поняла, какой должна быть школа, чтобы открыть возможности каждого ребенка — без осуждения и ярлыков, — говорит Вита. Она мечтала в будущем открыть свою частную школу, где хорошее образование и безопасная среда будут доступны ребятам с самым разным социальным опытом.
В какой-то момент состояние Виты стало критическим, жизнеугрожающим. После нескольких этапов плазмафереза назначили иммуноглобулин. «Если он не поможет, других лекарств не будет. Ты главное — дотяни еще несколько дней», — говорил московский врач. И Вита старалась — дотянуть. Рядом все время была мама, Светлана Юрьевна. Женщине было тяжело наблюдать, как на ее глазах слабеет дочь, но она продолжала кормить ее, как в детстве, разрабатывать руки и ноги.
После выписки из больницы Вита попала на реабилитацию в подмосковный центр, начала восстанавливаться, даже передвигалась с ходунками в ортезах. Но неожиданно случился откат. Врачи объяснили: «при таком заболевании это бывает». Вита сильно переживала. «Психологически сложно снова вернуться в точку зависимости, из которой упорно выбиралась». «При надевании одежды моя роль заключается лишь в том, чтобы сказать, какого цвета штаны с какой полки взять», — грустно говорит она.
Сейчас Вита переворачивается на бок, пересаживается в коляску по специальной доске, умеет стоять на четвереньках, не заваливаясь. На эрготерапии разрабатывает мелкую моторику, «пишет прописи и теперь лучше понимает, как тяжело приходится порой ее ученикам».
— В соцсетях мы запустили интерактив «придумай предложение, которое Вита напишет от руки». Одной из первых была фраза «искусство маленьких шагов». Это прямо про жизнь Виты в данный момент. Ей тяжело дается даже чистка зубов. Чтобы осуществить гигиенические процедуры, нужно сделать 70 действий! Вита не может смотреть в сторону солнца без слез даже минуту. Из-за болезни разучилась жмурить и щурить глаза. Но мы верим, она всему научится, со всем справится! — говорит Анна.
Помогите Вите восстановиться! Родные, коллеги, друзья делают для нее все возможное, но реабилитация очень дорогая и должна быть непрерывной.
Наши подопечные благодарны за любое разовое пожертвование. Однако, если вы будете поддерживать фонд на регулярной основе, это позволит нам оперативно оказывать помощь, не дожидаясь пока будет собрана необходимая сумма.
Чтобы оформить регулярное списание, выберите в форме комфортную для себя сумму и выставите движок вправо в позицию «Ежемесячно». Вы сможете изменить или остановить списания в любой момент.
